May 20th, 2009

Масонский иллюзион

В чем же состоит суть фокуса, с помощью которого А.Маршалл выстроил свою теорию спроса, отождествив его с функцией предельной полезности и придав спросу волшебные свойства "потребительской ренты"?

Прежде всего, нужно четко определить, что следует понимать под спросом. Спрос - это та максимальная цена, по которой покупатель готов приобрести определенное количество товара, или (что одно и то же) то максимальное количество товара, которое покупатель готов приобрести при заданной цене. Любой покупатель хотел бы платить за определенное количество товара как можно меньше (а лучше-вообще ничего не платить), или за те же деньги получить как можно больше. Спрос, или линия спроса (если спрос изображается в виде графической функции)  - это та максимальная граница, выше которой покупатель никогда при прочих равных условиях не выйдет в силу своих предпочтений или финансового положения. Но покупатель может приобрести товары по цене и в количестве, находящиеся ниже линии спроса (таких точек ниже линии спроса бесконечно много для каждой цены), однако все эти точки нельзя назвать точками спроса. 

Предположим, например, что спрос покупателя на яблоки при цене 300 руб за кг составляет 5 кг в месяц. Это точка спроса характеризует полезность яблок для данного покупателя при текущем уровне его доходов. Но может так статься, что в следующем месяце покупатель решит сэкономить на яблоках (например,чтобы купить ребенку велосипед) и при той же цене купит не 5, а только 3 кг. В этом случае покупатель действительно получит "выгоду" - сэкономленные 600 рублей. Но за счет чего получилась эта "выгода"? За счет экономии. То есть за счет неудовлетворения своей потребности - за счет желудка, проще говоря. Желудок, на котором человек начинает экономить, и является единственным источником "потребительской ренты", никаких других возможностей ее появления просто нет и быть не может. Отсюда следует, что на линии спроса никакой потребительской ренты просто не может существовать.

Отсюда следует и другой вывод: максимальная сумма, которую потребитель будет готов заплатить за определенное количество товара (то есть, собственно, спрос) определяется совокупной полезностью этого количества, а цена, по которой он будет готов приобрести это количество, естественно, будет равна общей ценности товара, разделенной на количество единиц товара. То есть средней полезности всех единиц товара, а вовсе не предельной полезности последней единицы.И естественно, что до тех пор, пока потребитель не достигнет точки насыщения (полного удовлетворения своей потребности в товаре) он будет готов платить больше денег за большую полезность - то есть спрос будет эластичным на всем протяжении линии спроса до точки, где наступает насыщение. 

Английские булочки

Теперь посмотрим, как рассуждает Маршалл и как он умудряется извлечь свою "потребительскую ренту" из линии спроса. 

Чтобы придать/нашим понятиям большую определенность, рассмотрим пример с чаем, покупаемым для домашнего потребления. Возьмем пример с человеком, который при цене чая 20 шилл. за фунт будет склонен покупать ежегодно лишь 1 фунт, но уже 2 фунта в год при цене 14 шилл., 3 фунта при цене 10 шилл., 4 фунта при цене 6 шилл., 5 фунтов при цене 4 шилл,, 6 фунтов при цене 3 шилл. и который при фактической цене 2 шилл. покупает 7 фунтов. Нам надлежит определить размер потребительского избытка, получаемого им от возможности покупать чай по 2 шилл. за фунт.

То обстоятельство, что покупатель будет склонен приобретать лишь 1 фунт чая, когда его цена составляет 20 шилл., показывает, что общее удовольствие или удовлетворение, которое он получает от этого фунта чая, равно тому, какое он получил бы, израсходовав 20 шилл. на другие вещи. Когда цена чая снижается до 14 шилл., наш покупатель может, если ему заблагорассудится, продолжать покупать лишь 1 фунт в год. Он таким образом приобретет за 14 шилл. то, что составляет для него ценность в 20 шилл., и получит добавочное удовлетворение стоимостью по крайней мере в 6 шилл., или, иными словами, потребительский избыток размером не меньше 6 шилл. Но в действительности он по собственной воле покупает еще один фунт, показывая таким образом, что он имеет для него ценность по крайней мере в 14 шилл и что это составляет добавочную полезность второго фунта для него. Он приобретает за 28 шилл. то, что считает стоящим для него по крайней мере 20 шилл. плюс 14 шилл., т.е. 34 шилл. Его избыточное удовлетворение от такой покупки при всех условиях не уменьшается и продолжает равняться по крайней мере 6 шилл. Общая полезность 2 фунтов составляет 34 шилл., а его потребительский избыток — по крайней мере 6 шилл.
 
Как видим, весь фокус состоит в том, что Маршалл просто пытается выдать за спрос что-то другое. Сначала Маршалл вводит понятие потребительского избытка как экономии на желудке: ведь если цена чая снизилась до 14 шилл., а покупатель продолжает приобретать только 1 фунт чая, то покупатель просто экономит - при такой цене его нормальный спрос составляет 2 фунта. А затем Маршалл снова возвращается на линию спроса, и утверждает, что второй фунт чая имеет полезность для покупателя в 14 шилл.- ведь именно столько покупатель за него заплатил. И таким образом, потребительская рента возникает из ничего.

В действительности покупатель, конечно, не покупает при цене в 14 шилл. сначала один фунт, а потом еще два. Оба фунта чая он приобретет одновременно и только при условии, что цена равна 14 шилл., то есть при условии, что за оба фунта ему нужно будет заплатить 28 шилл. И если за один фунт он был готов заплатить 20 шилл, то, очевидно, что второй фунт имеет для него полезность 8 шилл. 20+8  = 28 - именно во столько покупатель оценивает общую полезность двух фунтов, и именно эту сумму он готов заплатить за два фунта чая - то есть купить оба фунта при цене в 14 шилл. за фунт. Таким образом, цена в 14 шилл. - это средняя полезность двух фунтов чая, при этом полезность первого фунта выше средней, а второго - ниже. И никакой ренты или избытка в случае, если покупатель не экономит и ведет себя в соответствии со своей индивидуальной линией спроса, просто нет и быть не может - ей просто неоткуда взяться!  

Маршалл предвидит эти очевидные и здравые возражения против его теории спроса и, подобно Бем-Баверку, пускается в схоластику:   
 
К изложенному можно добавить еще некоторые объяснения, хотя они, по существу, окажутся лишь повторением другими словами того, что уже было сказано. Значение приведенного в тексте условия, согласно которому наш покупатель приобретает по собственной воле второй фунт, заключается в том, что цена 14 шилл. была бы предложена ему лишь в том случае, если он купит 2 фунта за 28 шилл., а также в том, что из покупки им 2 фунтов вовсе не следует, что он оценивает стоимость для себя второго фунта более чем в 8 шилл. Но в нашем случае он уплачивает за второй фунт 14 шилл. без всяких условий, а это означает, что он оценивает его стоимость для себя по крайней мере в 14 шилл. (Если он может купить булочки по 1 пенсу за штуку, а 7 булочек за б пенсов и если он предпочитает купить 7 штук, нам ясно, что он готов отдать свой шестой пенс за шестую и седьмую булочки, однако мы не можем установить, сколько бы он заплатил, отказавшись от одной лишь седьмой булочки).
 
В действительности никто никаких условий покупателю при определении его индивидуальной линии спроса не ставит. Нас интересует, сколько покупатель готов купить товара при той или иной цене в случае, если он руководствуется своими потребностями в нем, а не желанием сэкономить. Если покупатель начинает экономить, то его поведение уже нельзя описать линией спроса - ведь он может вообще не покупать чай ни при цене в 20 шилл, ни 14 шилл. Поэтому же цена булочки никоим образом не определяет предельную полезность последней купленной булочки, а только среднюю полезность всех купленных булочек.

Куриные яйца

Для того, чтобы продемонстрировать абсурдность неоклассической теории спроса, рассмотрим какой-нибудь дискретный товар - пусть в знак признания заслуг автрийской экономической школы, придумавшей всю эту чепуху про предельную полезность, это будут куриные яйца.

У нас есть 12 яиц, полезность которых падает от 12  руб (для первого яйца) до 1 рубля ( для последнего). По какой цене, согласно неолассикам, покупатель купить 4 яйца? По предельной полезности 4-го яйца, то есть по цене 9 руб за штуку, заплатив за них 36 рублей. А теперь разложим яйца в коробки по 2 яйца. Предельная полезность - это полезность, доставляемая дополнительной единицей товара. И тогда предельная полезность первой коробки будет равна 23 руб (12+11), а второй - 19 руб ( 10+9). Таким образом две коробки покупатель купит по 19 рублей за штуку, заплатив за них 38 рублей.

В результате за одни и те же яйца с одной и той же полезностью и в одном количестве покупатель платит разную сумму: если яйца продаются по штучно, то за 4 яйца покупатель заплатит 36 руб, а если яйца продавать попарно, то 38 руб. То есть для одного товара мы имеем две разные линии спроса, которые зависят только от того, как мы считаем яйца! Мы приходим все к тому же абсурдному выводу, к которому пришли маразматики из последователей Мизеса и Хайка.  

И единственный путь спасти неолассическую теорию спроса - тот же самый, к которому прибегли австрийские схоласты: отвергать существование совокупной полезности как таковой. Проблема, однако в том, что отрицание совокупной полезности приводит к отрицанию и предельной полезности - ведь с точки зрения метаматики, функция предельной полезности - это всего лишь производная функции полезности. Утверждать, что предельная полезность существует, а совокупная полезность нет - это то же самое, что сказать, что брючные карманы могут существовать без самих брюк. Поэтому приходится признать абсурдность неоклассической теории спроса, созданной Маршаллом.  

А из этого следуют выводы, катастрофические для всей либеральной рыночной теории.

(продолжение следует)