September 23rd, 2009

Самодержавие и демократия


Когда жидовское иго постсоветского режима падет, нам придется восстанавливать русскую государственность на новых старых - национальных  -  основах. Поэтому уже сегодня  будет не лишне поразмышлять о той политической форме, которую изберет себе русская нация на месте сгнившей и сгинувшей ленинско-сталинской большевицкой государственности для своего дальнейшего развития. Особенно это важно для нас, русских националистов, на плечи которых падет наиболее ответственная и трудная миссия возрождения России.

Контуры

Я - последовательный демократ. Для меня гражданские свободы и идея ответственности власти перед народом вовсе не пустой звук. Не потому что я, подобно либералам, люблю какую-то отвлеченную идею "западной демократии". Просто механизм контроля власти со стороны общества позволяет решить целый ряд жизненно важных национальных задач, позволяет нации развиваться спокойно и энергично. То есть для меня идеи гражданской свободы и контроля власти носят чисто инструментальный, а не аксиологический характер. Скажем, если для сохранения нации почему-то понадобится эти свободы свернуть (скажем, в случае войны) - я поддержу такие меры. Но если недостаток свободы ведет к деградации власти и общества, считаю своим долгом выступать за возвращения свобод.

В то же время я - убежденный монархист. Самодержавие - это та политическая форма, которую русский народ выточил за столетия своей нелегкой истории, и я убежден, что ничего лучше самодержавия для русского народа нет. Именно русского самодержавия и именно для русского народа. Я вполне допускаю, что для Америки лучше всего подходит президентская республика с масштабными выборными шоу каждые четыре года. Или что для Франции хороша их республика (какая там по счету?). Но для русского народа любая форма правления, помимо самодержавия, самоубийственна, и она неизбежно вырождается или в анархию или в жестокую гнусную диктатуру.И  20-й век показал это со всей очевидностью.

Понимаю, что для многих мои взгляды покажутся странными или парадоксальными - ведь понятие самодержавия в сознании большинства прямо  противоположно понятию демократии. И это отчасти так: исторически демократия всюду на Западе выступала под республиканскими антимонархическими знаменами. В России, с подачи масонов, произошло примерно то же самое. Но это вовсе не значит, что монархия и демократия являются противоположностями по существу, или что они взаимно друг друга исключают. 

Природа демократии и самодержавия

В чем, вообще говоря, состоит цель политической системы? Наверное, в том, чтобы наилучшим образом обеспечить развитие нации  - чтобы люди чувствовали себя хорошо, чтобы они могли своим трудом добиваться личных и общих целей, чтобы нация развивалась исходя из собственных представлений о добре и зле. Как этого добиться? Можно сделать так, чтобы сами люди выбирали путь своего развития и подконтрольная им власть реализовывала их чаяния и надежды. А можно сделать так, чтобы верховная власть в лице Самодержца в силу самой своей природы и своего положения точно также стремилась к наилучшему развитию вверенной Ему Господом Богом нации.  

Как видим, и демократия и самодержавие решают одни и те же цели, только механизм их реализации совершенно разный. Демократия исходит из того, что власть не может сама по себе, по самой своей природе стремиться к благу, власть - это всегда есть некий приз, обладание которым таит множество искушений, почему обладающего властью нужно всячески контролировать и держать под всеобщим вниманием, дабы он не использовал вверенную ему власть не по назначению.  Отсюда исходит весь либерализм - от Гоббса с его государством-левиафаном до Монтескье с его идеей разделения и взаимного контроля властей. Самодержавие же исходит из прямо противоположного принципа: самодержец - есть личность, в силу своего положения естественным образом стремящаяся к благу всей нации, и никакой контроль Самодержца не только не нужен, а, напротив, является посягательством на свободу всей нации, которую реализует Самодержец.

Ахиллесова пята

Конечно, и демократии, и самодержавию есть что возразить. Например, мы можем утверждать, что обыватель еще сколько-нибудь компетентен в выборе политики, от которой зависит цена мяса в соседней мясной лавке, но никогда никакая демократия не позволит голосующему обывателю подняться до уровня сложности стоящих перед нацией задач. Именно поэтому реализует демократию довольно узкий слой элиты, а формирование целей демократической политики и их легализация неизбежно так или иначе связаны с манипулированием общественным мнением. Толпа не может руководить и решать национальные задачи. Она их даже не может сформулировать. За нее все это делает класс профессиональных политиков и манипуляторов общественным сознанием. И весь вопрос только в том, чтобы эти манупуляции не переходили за какую-то черту, за которой начинается узурпация демократической власти и ее использование в целях управляющей элиты.

В то же время можно утверждать, что Самодержец вряд ли сможет управлять нацией, если у него не будет всей полноты информации. А она зависит от окружения. И поэтому любой Монарх становится заложником своей свиты, что чревато узурпацией власти узкой группой царедворцев и фаворитов, которые подменяют интересы нации интересами своими собственными. 

Толпа не может управлять. Но и один человек, каким бы талантливым, и информированным он ни был, какими бы высокими нраваственными качествами он ни обладал и какими бы благими целями он ни руководствовался, не может заменить голоса народа.  

Получается, что мер демократии часто достаточно, чтобы предотвратить наиболее гнуные проявления злоупотребления властью. Но у демократии нет образца позитивных целей и нравственной политики, и поэтому демократии неизбежно теряет ориентацию между добром и злом, какое-либо ценностное содержание. Монархия это ценностное содержание обеспечивает сполна, но у нее часто не оказывается механизмов для предотвращения самого простого злоупотребления властью со стороны класса управленцев.

Как же быть?