January 30th, 2013

О приватизации и национализации (2)

О приватизации и национализации (1)

Но вернемся к проблеме приватизации и национализации, о которой я начал писать. Как мы видим, криминальная приватизация, проведенная при Ельцине, и есть тот фундамент всего россиянского строя, из которого вырастает большинство проблем современной России - экономических, социальных и политических. Уродство Эрэфии и ее правящего слоя - это уродство института частной собственности и всего, что из него следует. Криминальный характер собственности порождает криминализацию власти и всего общества.

При этом с политической точки зрения, Эрэфия представляет собой крайнюю форму олигархии, где в качестве олигархии выступает симбиоз власти-собственности, чиновников и экономических олигархов (подробно природу и отношения внутри этого олигархического симбиоза я уже рассматривал ранее). А стало быть, здесь мы сталкиваемся с целым клубком проблем - политических, социальных и экономических, разрешить которые только экономическими или только политическими методами невозможно. Поэтому разумно рассмотреть все эти проблемы отдельно, предложить решение каждой из них, а потом уже посмотреть, как все эти меры могут быть совмещены в рамках единой политико-экономической программы демонтажа россиянского строя и построения цивилизованной России.  

1). Начнем с экономики. Полагаю, среди вменяемых людей нет таковых, кто искренне верит, что плановая экономика советского типа с всеобщим огосударствлением собственности может быть эффективной. Частная собственность и рынок - это не какие-то "либеральные ценности", это просто институты любого нормального цивилизованного общества, и ничего другого - как показывает практика - здесь быть не может. Поэтому с экономической точки зрения, перед Россией стоит задача восстановления (по сути заново) и укрепления института частной собственности.

Главная проблема Эрэфии в этом смысле состоит в том, что ельцинская приватизации не только не создала предпосылок для восстановления института частной собственноти, а по сути напрочь их подорвала, - ведь криминальный и незаконный характер собственности в Эрэфии вовсе не создает этот институт, а, напротив, его разрушает. Поэтому "пересмотр итогов приватизации" - это совершенно необходимое и неизбежное условие для восстановления института частной собственности в России. Без этого институт частной собственности в России в принципе невозможен.  

Однако, ельцинская криминальная приватизации в некотором смысле стала основанием для любой собственности в Эрэфии. Предполагается, что если Абрамович или Вексельберг получили заводы и нефтяные скважины, то это как бы послужило основанием для того, что дядя Петя из Мухосранска смог приватизировать свою квартиру, дачу или овощебазу. При этом россиянский режим всячески внушает обществу, что законность приватизации квартиры и дачи целиком зависит от признания законности приватизации Абрамовичем и Вексельбергом промышленных гигантов и нефтяных скважин. Именно поэтому часть нашего общества, особенно либеральная, так боится перемотра итогов приватизации - ведь по их мнению, это будет означать отмену всякой частной собственности и чуть ли не возврат к коммунизму.   

Лукавость и ложность такой постановки вопроса, мне представляется, достаточно очевидна. Никакой прямой связи между приватизацией квартиры и нефтяной скважины не существует. Экономические и правовые основания здесь были совершенно разными, и нет никак причин увязывать "собственность" Абрамовича и Вексельберга с приватизацией миллионами граждан России своих квартир или дачных участков. 

Поэтому глупо думать, что расследование законности проведенных при Ельцине залоговых аукционов, в результате которых огромные и самые лакомые куски советской государственной собственности были переданы в "частную собственность" близким к власти ворам и мошенникам, породит какой-то новый большой передел собственности. Ничего это не породит. И пример тому - Ходорковский, один из ельцинских олигархов, которого вполне спокойно "раскассировали" (правда, совершенно по другим причинам и на других юридических основаниях). И что? Нефтяная промышленность сильно пострадала? Это как-то поставило под сомнение законность приватизации квартир? Для россиянского режима здесь возникли только определенные политические издержки (связанные как раз с опасением, что и законность всей прочей воровской собственности будет пересмотрена), но вовсе не экономические и правовые. 

Поэтому, строго говоря, расследование законности залоговых аукционов и "собственности" крупнейших россиянских олигархов никакого масштабного передела собственности не подразумевает и никаких серьезных экономических последствий иметь не будет. Если на нарах окажется Абрамович или Вексельберг, то это будет частной проблемой и пичалькой этих товарищей и всех тех, кто с ними связан, а вовсе не страны и экономики.

Понятно, что нынешний режим на это никогда не пойдет, потому что Вексельберг и Абрамович - это есть условие всего этого  криминального режима, а он вовсе не заинтересован в построении правового государства и восстановлениия цивилизованного института частной собственности. Без Вексельберга и Абрамовича и никакой Путин станет невозможен, и вся нынешняя олигархическая криминальная система. Но я не понимаю, чего здесь бояться оппозиции и обществу?