March 11th, 2013

О советской культуре (2)

Придурковатость и сознательно внушаемый инфантилизм были, конечно, характерны не только для позднесоветской культуры. Все это уже ясно просматривается и в ленинско-сталинской Совдепии. Ну кто такой был Ленин для советских? Над образом Ленина советские много и долго работали, но в итоге сложился почти что сказочный персонаж: кудрявый малыш подрос, надел кепку и пошел освобождать мировой пролетариат (как какой-нибудь Карлик Нос шел завоевывать царство или освобождать принцессу). Ленин - это добрый дедушка, почти что Дед Мороз, который детишкам (мировому пролетариату) подарочки принес. И советские с этим жили, это было частью официальной идеологии и мифологии. Когда советские дети носили октябрятские звездочки с кудрявым малышом - эту советскую сказочку еще можно назвать феноменом культуры. Но проблема в том, что эти советские сказочки были предназначены не для детей, а для миллионов взрослых людей, у которых вообще-то когда-то была взрослая жизнь и взрослая история. И вот их всех в один момент низвели до уровня имбецилов, и на полном серьезе годами, десятилетиями рассказывали им сказки - про Ленина, про Дзержинского, про коммунизм.

Из Сталина тоже пытались слепить подобный образ: хороший ученик Ленина продолжает делать подарки для русского народа и всего прогрессивного человечества, любимый Вождь любимой Партии. Но образ доброго дедушки из Сталина не слишком клеился - уж слишком много крови и ужаса было связано с этим именем. Слепили образ мудрого старого кавказского аксакала, который ведет непутевый сопливый русско-советский народ от победы к победе в окружении врагов, вредителей и шпионов. Но это был все тот же феномен мифологизированного и инфантильного сознания, сознания дикаря или ребенка, а не человека 20-го века.

Корнев там что-то пишет про то, что "советский период стал этапом взросления русского народа, его вхождением в современность и цивилизацию". Я не знаю, что он под этим понимает. То, что в советское время появились трактора, электростанции и телевидение, еще ничего не говорит о взрослении сознания и культуры. В советское время произошло как раз обратное - архаизация и деградация русского общественного сознания до уровня ребенка или имбецила. Когда австралийские дикари верят, что мир был создан Радужным Змеем и стоит на Черепахе - это понятно. Но когда советские в 20-м веке верят (ну почти что верят), что мир был создан добрым дедушкой Лениным и стоит на КПСС - это, извините, уже не культура, это клиника. А по степени мифологизированности сознания советские мало чем отличались от австралийских аборигенов. Ведь в этом мире мифов даже технический прогресс становился только частью большого советского мифа.

Нацисты, подражая советским, попытались создать свою мифологию (собственно, это не секрет, что нацистская мифология выстраивалась в целях противодействия советско-коммунистической мифологии, и многое нацисты позаимствовали у советских). Но нацистская мифология - рыцарство, расовый идеализм, Чаша Грааля, музыка Вагнера и все такое прочее - это была все же мифология для взрослых, из которых готовили властителей мира. Там не было этого советского инфантилизма, напротив, правоверный нацист должен был быть готов к "взрослым поступкам" - и во имя Германии и Фюрера он должен был быть готовым пролить кровь, свою и чужую, и пойти на любое преступление. Это феномен кризисной, декаденской, но все же культуры. И поэтому образцы нацистской эстетики до сих пор остаются привлекательными и созвучными современности.

Из советских же делали просто дебилов, которые должны были быть готовы пойти на любые жертвы (свои жертвы, а не чужие!) во имя дела доброго дедушки Ленина. Цели этой мифологизации и архаизации советского сознания были прямо противоположные - превратить русских в топливо для мировой революции, в бессловесный материал, с которым можно делать все, что угодно. Поэтому советский человек в образах советской культуры - это либо фанатик (Пашка Корчагин), который надрывается на стройке или бросается под танк, или же просто полупридурок, жизнерадостно улыбающийся и полными от счастья глазами взирающий на Ленина-Сталина-КПСС.

Особенно хорошо, конечно, над образом русского мужика поработали (советскую культуру, в особенности на первом этапе, делали нерусские - главным образом, евреи, и для них образ русского - это был, прежде всего, образ русского мужика-крестьянина). Эти толпы советских "простых людей" с советских плакатов и из советских фильмов должны были изображать "русско-народный характер" советского режима. И они все такие душевные, песни поют ("Чапаев"), пляшут в присядочку, но немного все непутевые и нескладные, и только какой-нибудь коммунист или комиссар - дельный, трезвый, но твердый и грамотный в коммунизме человек (чаще всего нерусский) -  помогает определиться всем этим русским недотокомыкам, поправляет по-дружески заблудшихся и беспощадно карает впавших в антисоветские заблуждения или вставших на путь гибельного антисоветизма и морального разложения.

Русский мужик-крестьянин в советской культуре  - это дед Щукарь из шолоховской "Поднятой целины". Забавный такой, смешной, нескладный, и все у него через жопу. Ну чисто еврей какой-то. То есть это полупридурок. Но я вот еще застал русскую деревню, и слышал рассказы бабушки, еще помнившей Ленина и ленинский голод. И знаю, что русский дореволюционный крестьянин, вообще говоря, был мужиком сурьезным. И мир его - хотя и простой и ограниченный - был миром очень взрослым. Не правильно сено положил - сгниет к черту, и останешься без сена и без коровы. Плохо лошадь запряг или колесо в телеге поставил - можешь где-нибудь в лесу или в лугах так и остаться. Придуриваться русскому крестьянину было никак нельзя, ибо он жил в реальном - и порой довольно суровом - взрослом мире, и он каждый день решал пусть простые, но взрослые хозяйственные и жизненные проблемы. Это был человек из реального взрослого мира.

Скоморохи и юродивые, песни, пляски, прибаутки - все это замечательно и интересно, но вовсе не это составляло повседневный быт русского мужика. Все это было только отдушиной  - к свадьбе или празднику. А юродивых ведь потому и любили, что они представлялись выходом из суровой взрослой жизни в какой-то иной мир, православно-духовный, и потому их и ценили. Но любовь к юродивым - это любовь представителей взрослого и часто сурового крестьянского мира к чему-то, что находится за пределами этого мира. Сам русский крестьянин не был ни юродивым, ни придурком.


А потом появился советский колхозник, дед Щукарь. Совсем другой тип человека. Полупридурок, который за что ни возьмется - все у него не так. Непутевый, придурковатый, но душевный такой, забавный. И я таких советских мужиков в советской деревне тоже видел, в позднем Совке они уже составляли основную массу. Сидели под водочку, балагурили, душевно все так, по-советски. Потом напьются, поюродствуют немного - и брякнутся в канаву до утра. Ну а каким еще мог стать русский мужик при Совдепии? Свое хозяйство у него отняли, в колхоз записали. При Сталине пахал, проклиная весь свет и советскую власть. А потом и этого делать перестал. В придурковатом советском мире только и оставалось - водочку пить и придуриваться. И советские сказочки слушать.

Советские женщины на советских баррикадах

Советские ноют, что русские антисоветчины в своем антисоветизме не тем делом занимаются, зря народ баламутят и советское прошлое очерняют. Мол, вот англичане Кромвеля не трогают, а французы - Наполеона, а русские антисоветчики все с ленинщиной-сталинщиной борются и с советской системой (примерно так, буквально, пишет советская женщина Холмогорова).

Проблема здесь, однако, состоит в том, что советскому прошлому и советским преступлениям против русского народа до сих пор не дана достойная оценка. Как правильно замечает Пионер:



У советских над мучениями русских людей от коммунистических карателей принято посмеиваться. И отмахиваться как от спекуляций, мешающих советскому человеку и дальше идти столбовой дорогой прогресса. Но тогда какого себе сочувствия вы ожидает от русских? И какие вы русские, если истребление миллионов русских людей для вас пустяки и дело житейское.



Так вот советские должны понимать, что закрыть советский вопрос окончательно может только гласный официальный суд над советскими преступлениями, по типу Нюрнбергского. И мы, русские, не позволим советским-россиянским идти дальше, пока они не ответят за свои преступления. А преступления советчины были не менее, а часто - более страшными и масштабными, чем даже преступления нацистского режима. Россия не сможет вернуться на цивилизованный путь развития, пока советская страница истории не будет перевернута и в советской истории не будет поставлена жирная точка. И такой точкой может быть только исторический и юридический суд над советчиной и советскими преступлениями.

Гибель миллионов русских людей и искалечивание целого народа - это, товарищи советские, извините, не пустячки. И мы не позволим вам глумиться и посмеиваться над этим. Потому что народ, который забывает о таком и позволяют кому-то над этим хихикать - будущего не имеет.

И второй важный момент. Напрасно советские отмахиваются от нынешнего ублюдочного россиянского режима и всячески его противопоставляют советскому. Я уже неоднократно писал, что нынешний режим - это вполне логичное следствие и развитие режима советского. Даже типажи те же самые. Я вот читаю эти истории о квартирах и домах россиянских депутатов единороссцев, в том числе пламенной советской женищины Яровой - и прям-таки и вижу все ту же советскую сволоту. Один к одному:


Яровая

советская_женщина

Вся разница только в том, что вместо советских пайков в распределителях и казенных дач сегодня этой советской сволоте роскошные квартиры и бизнесы раздают. А так в Эрэфии все та же советская сволота правит и чекистские гадины. Поэтому русский антисоветизм - это еще и вопрос актуальной политической и общественной жизни.