March 16th, 2013

Почему победили большевики?

Совсем недавно я показал, что советско-большевицкая власть по своей природе - это обычная уголовщина, институциированная в систему круговой поруки. Вот неплохой пост как бы в развитие этой темы - и также к вопросу о том, почему большевики победили в Гражданской войне.

Это, конечно, объясняет не все, но суть, в общем, правильно указана: в России после 1917 года - при той элите, которая была в РИ, и при той ситуации, которая сложилась после отречения Государя - на первую роль выходила обычная уголовщина. И те, кто мог предложить этим уголовникам лучшие перспективы - тот и победил. А большевизм он в самом своем основании был заточен на уголовщину, ибо обещал легализацию на самом высшем идеологическом уровне обычных грабежей и убийств, и убийства и грабежи были для большевиков сутью всей их политической программы.

О русской революции (9)

При сравнении событий русской и немецкой революции обращает на себя внимание следующая деталь - на первый взгляд, не существенная, но, как говорится, "дьявол в деталях", и именно такие детали говорят о подоплеке событий гораздо больше, чем все политические декларации и лозунги. Я имею в виду тот факт, что в Германии после восстания матросов в Киле практически не было расправ над офицерами. Были столкновения между группами восставших матросов и проправительственными войсками, с обеих сторон были жертвы, но вот казней и расправ над офицерами - именно за то, что они были офицерами - в Германии не было (или такие случаи были единичными). Более того, в некоторые солдатско-матросские советы входили немецкие офицеры, и нередко они же их возглавляли.

А что происходило в России? Вот отрывок из книги Волкова "Почему РФ не Россия"?


Офицеры, относительно своей численности, стали социальной группой, которая после октябрьского переворота пострадала от террора больше всех. Зимой 1917–1918 гг. и весной 1918 г. множество их погибло при возвращении с окончательно распавшегося фронта в поездах и на железнодорожных станциях, где практиковалась настоящая «охота» за ними: такие расправы происходили тогда ежедневно на железнодорожных станциях и в городах. Впечатления очевидцев на всех железных дорогах ноября-декабря 1917 г. приблизительно одинаковы. «Какое путешествие! Всюду расстрелы, всюду трупы офицеров и простых обывателей, даже женщин, детей. На вокзалах буйствовали революционные комитеты, члены их были пьяны и стреляли в вагоны на страх буржуям. Чуть остановка, пьяная озверелая толпа бросалась на поезд, ища офицеров (Пенза-Оренбург)... По всему пути валялись трупы офицеров (на пути к Воронежу)... Я порядком испугалась, в особенности, когда увидела в окно, прямо перед домом на снегу, трупы офицеров, — я с ужасом рассмотрела их, — явно зарубленных шашками (Миллерово)... Поезд тронулся. На этом страшном обратном пути, — какой леденящий сердце ужас! — на наших глазах, на перронах, расстреляли восемь офицеров. Мы видели затем, как вели пятнадцать офицеров, вместе с генералом и его женою, куда-то по железнодорожному полотну. Не прошло и четверти часа, как послышались ружейные залпы (Чертково). То же на ст. Волноваха и других... Его вывели из вагона в помещение вокзала, разули и, оставив лишь в кальсонах, отвели в комнату, где находилось уже около 20 человек в таком же виде. Оказались почти все офицеры. Они узнали свою судьбу — расстрел, как это было в минувший день с пятьюдесятью арестованными (Кантемировка)». На то же время приходится массовое истребление офицеров в ряде местностей: Севастополе — 128 чел. 16–17 декабря 1917 г. и более 800 23–24 января 1918 г., других городах Крыма — около 1 000 в январе 1918 г., Одессе — более 400 в январе 1918 г., Киеве — до 3,5 тыс. в конце января 1918 г., на Дону — более 500 в феврале-марте 1918 г. и т.д."



Это ситуация уже после захвата власти большевиками и начала "красного террора", когда террор в отношении офицеров стал частью общей политики террора большевиков. Позднее эти расправы приняли повсеместный и массовый характер. Заметим, что это еще до начала Гражданской войны, когда офицерские погоны стали символом принадлежности к белому движению.

Но началось все это не в конце 1917 года, а сразу же после выпуска Петроградским советом Приказа №1 и отречения Государя.


Февральская революция 1917 года в главных базах Балтийского флота сопровождалась стихийными самосудами и расправами над неугодными матросам офицерами. Эти события в значительной степени повлияли на радикализацию революционных событий в стране, на развязывание Гражданской войны. Февральско-мартовские самосуды 1917 года на флоте относятся к числу тех достаточно редких исторических фактов, когда трагичность происшедшего ясна, но события замалчивались, поиск виновников в лучшем случае оставлялся «на потом».

Только после Гражданской войны, когда настало время «собирать камни», стали появляться отдельные публичные оценки трагичной значимости самосудов 1917 года. Так, авторитетный флотский офицер-эмигрант Г.К. Граф отмечал: «Эти убийства были ужасны, но еще ужаснее то, что они никем не были осуждены» (1) . Другой известный свидетель событий Б.П. Дудоров (капитан 1 ранга, начальник воздушной дивизии Балтийского моря) в связи с самосудами писал: «Ничто не разделяет людей в такой степени, как взаимно пролитая кровь. Она отравляет души обеих сторон. В народах примитивных она рожает «кровную месть», живущую в поколениях. Но и среди людей высокой культуры она вырывает глубокую пропасть, засыпать которую могут лишь долгие годы».(2)



Ну, и конечно, расправы над офицерами происходили не только на флоте, но и в сухопутных частях - просто на флоте они принимали какие-то совсем уж зверские и дикие формы. И все случаи, описанные в многочисленных мемуарах, примерно похожи: сначала появляется какой-нибудь зачинщик, нередко связанный  с большевиками или другой революционной партией, или просто какой-нибудь уголовник, получивший наказание, образуется группа из таких отморозков, они совершают расправу над несколькими офицерами, и этому нечего противопоставить - остальные офицеры боятся пойти на решительные меры для восстановления порядка, а убийцы получают негласную поддержку других матросов и солдат.


Повторяю: объяснить эти события общим недовольством солдат и матросов войной или действиями офицеров невозможно, ибо ясно, что у немецких солдат и матросов было не меньше поводов к недовольству, чем у русских, но в Германии ничего подобного не наблюдалось. А в России после февраля 1917 года это явление стало массовым. Представить, что офицер мог войти в какой-нибудь солдатский комитет или солдатские советы, как это случалось в Германии, просто невозможно.

А это значит, что причины этой ненависти и злобы к офицерам нужно искать не в недовольстве войной (это было лишь фоном), а в каких-то особенностях Российской Империи, которые были свойственны только ей, но которых не было ни в Германии, ни в Австро-Венгрии. И это были особенности социальные, а не просто особенности отношений между офицерами и их подчиненными. И при большевиках все эти расправы просто приняли форму организованного массового террора, санкционированного большевицким правительством, но почва для этих расправ существовала в России и без всяких большевиков.

О русской революции (10)

О русской революции (1)
О русской революции (2)
О русской революции (3)
О русской революции (4)
О русской революции (5)
О русской революции (6)
О русской революции (7)
О русской революции (8)
О русской революции (9)

Для объяснения всех этих событий и расправ нам нужно обратиться к самым истокам петровской Империи - а именно, к поражению под Нарвой, с которого петровская Империя и начиналась. Официальные русские имперские историки о причинах этого поражения писали что-то невразумительное, и понятно почему - в этом поражении, уже на самом первом этапе петровской Империи, проявил себя тот конфликт, который стал определяющим для всей истории Российской Империи, ее главной ахилессовой пятой. Вот что пишет современный историк Нефедов о причинах поражения под Нарвой:



После сражения под Нарвой Петр говорил, что новобранцы были плохо обучены: ему нужно было как-то объяснить поражение. Но истинная причина разгрома заключалась, по-видимому, в другом. После указов о брадобритии и запрещении национальной одежды у русских солдат были веские причины не любить своих немецких офицеров. Офицеры чувствовали себя неуверенно, многие из них еще не успели освоиться в новых условиях: стоит вспомнить о том, что [австрийский] герцог де Кроа был назначен командующим за день до начала сражения, он не знал своих офицеров и не владел русским языком.

Ни Петр, ни русское командование не ожидали, что шведский король осмелится атаковать вчетверо более многочисленную армию, находящуюся в укрепленном лагере. Однако сражение, разыгравшееся 20 ноября 1700 года, до сих пор приводит в изумление военных историков. Стоило шведам взобраться на земляной вал, как раздались крики: «Немцы изменили!» – и русские солдаты принялись избивать своих офицеров. «Пусть сам черт дерется с такими солдатами!» – воскликнул де Кроа и вместе с другими немецкими офицерами поспешил сдаться в плен. По-видимому, это был единственный случай в военной истории, когда командующий искал в плену спасения от своих солдат. По существу, то, что произошло под Нарвой, было продолжением стрелецкого бунта, проявлением традиционалистской реакции на реформы Петра – этот бунт произошел во время сражения со шведами и обеспечил им победу над многократно сильнейшим противником.

Таким образом, поразительная победа шведов была следствием «обратного порядка» петровских реформ. После битвы приближенные Карла XII советовали королю вторгнуться в Россию, поддержать приверженцев Софьи и воспользоваться недовольством стрельцов и черни, противящихся введению «немецких» обычаев. Карл XII был хорошо осведомлен о глубоком конфликте, расколовшем русское общество, но не воспользовался открывшимися возможностями.




Согласитесь, что ситуация чем-то очень напоминает события после февраля 1917 года - то же недоверие к офицерам, то же желание с ними расправиться. То есть в петровской Империи с самого начала возник серьезнейший конфликт между офицерством и основной солдатской массой. И этот конфликт был лишь отражением того глубочайшего раскола, который возник в Империи между правящим слоем (частью которого было дворянское офицерство) и народом. И я берусь утверждать, что именно этот конфликт и был определяющим для всей петровской России, и именно он в итоге ее и похоронил.

И враги РИ прекрасно знали о существовании этого конфликта. Знал о нем шведский король Карл, и именно благодаря ему он одержал победу под Нарвой. Знал о нем Наполеон, и у него даже были планы объявить об отмене крепостного права, дабы этот конфликт между народом и правящим сословием использовать в своих целях. И, конечно, знали об этом конфликте те, кто режиссировал русскую революцию в 1917 году. Этот конфликт и был той язвой Российской Империи, которая превращала всю Империю в колосса на глиняных ногах. И в какой-то момент это было использовано против России.

Поэтому для того, чтобы понять, что произошло в 1917 году и почему РИ пала так позорно и бесславно, нам нужно понять природу и суть этого конфликта. Ведь жуткие расправы над офицерами в 1917 году, видимо, питались примерно той же ненавистью, что и расправы Пугачева над русскими дворянами. И Пушкин - этот наш национальный гений - вовсе не случайно в период своего позднего и самого зрелого творчества обратился к изучению восстания Пугачева  - уж он-то хорошо понимал и чувствовал, где лежит проклятье Российской Империи, и пророчески мучительно искал выхода из неминуемой надвигающейся катастрофы.