March 30th, 2013

Петровское проклятие (3)

Проблема петровской "европеизации" и всего нашего 300-летнего европейничия состоит даже не в том, что вся эта "европеизация" носит поверхностный, пошлый и подражательный характер. И даже не в том, что "европеизация" России обычно носит насильственный и варварский характер, когда режут бороды и головы, рушат церкви и глумятся над "неевропейской" Россией - то есть, в сущности, над всем тем, что хоть чем-то отличается от Европы (или кажется отличающимся по мнению наших европеизаторов). Проблема состоит в том, что петровская "европеизация", которой Россия больна вот уже триста лет, является обратной изнанкой азиатизации и децивилизации России. То, что составляет саму суть европейскости и Европы, - а именно, свободное развитие различных социальных сил с последующей их институционализацией в устойчивых общественных и политических формах,  -  в России в ходе "европеизации" либо обращается в рабство и всячески подавляется, либо же вовсе разрушается. Заимствуя какие-то одельные европейские формы,  - часто совершенно слепо и бездумно, - мы в то же время разрушаем то здоровое, сильное и свободное, что и составляет наше преимущество и нашу цивилизацию.

"Европеизация" в России со времен Петра превратилась в синоним варварства и рабства, ибо для самого Петра и петровского дворянства "европейскость" были важным механизмом для оправдания обычного и самого настоящего рабства и несвободы. Русский "европеец" и "либерал" - это, как правило, подлец, фарисей, русофоб и заведомый изменник, который мечтает усесться поудобнее на шее народа и порулить Россией. И, конечно, вовсе не случайно, что самыми оголтелыми европеизаторами и "либералами" у нас в итоге сегодня оказались жиды, которые к России и русскому народу никаких добрых чувств испытывать не могут. Это тоже итог петровской "европеизации".

Каждый раз, когда мы слышим о "европейскости" и "европейском пути развития", на практике это означает, что будут стричь народ, подавлять свободу и издеваться над страной. Так это было при Петре, и так это происходит и сегодня. Дворянская сволочь надела немецкие парики и заговорила на французском ведь не просто так - для них все это было важным моментом для утверждения своего положения рабовладельцев. Бить хлыстом негра-раба просто и приятно - он другой и чужой, даже по цвету кожи. Иметь сотни белых рабов, говорящих на том же языке и исповедующих ту же веру - это уже серьезная социально-культурная проблема. Проблема рабовладельческого господства и управления. И петровская "европеизация" и была призвана разрешить эту управленческую проблему, так как бить хлыстом вонючего, безграмотного и отсталого мужика образованному русскому дворянину, благоухающему французскими духами, говорящему по-французски и почитавшему самые передовые европейские книжки, уже много-много проще. Такого мужика-крепостного уже и в самом деле можно презирать и видеть в нем двуногое животное, которого и плетью забить можно, ибо различие между ним и дворянином уже слишком огромное и очевидное.

Весь 18-й век в ходе "европеизации" в России происходили два противоположных процесса: расширение прав и привилегий правящей дворянской рабовладельческой сволочи, и одновременное сокращение и уничтожение всяческих прав для других сословий, особенно же для крестьянства. Дворянство все более наливалось европейской культурой и блеском, а русский мужик все более превращался в дикаря, способного только на мычание. В итоге пропасть между правящим сословием и народом к концу 18-го века стала какой-то совершенно огромной и угрожающей. Позднее - весь 19 век и особенно с середины 40-х годов - правительство эту пропасть пыталось как-то ликвидивовать, при негласном сопротивлении дворянской сволоты. Павел вот попробовал немножно урезать дворянские привилегии - в момент шарфиком придушили, а потом слепили образ сумасшедшего придурка. Еще даже Николай Павлович после подавления выступления дворянской сволочи в 1825 году - всерьез опасался  дворянского заговора, и отменить крепостное право так и не решился. А когда на это решился его сын, Александр Павлович, он был в итоге убит руками революции. Как позднее был убит руками революции Столыпин, попытавшийся окончательно отменить остатки крепостного права и вывести русское крестьяство из бывших рабовладельческих общин.

Но господам дворянам не нужны были массы свободных граждан и собственников. Им нужны были рабы. И поэтому в 1917 году они убрали самодержавие и попытались усесться на шее народа, под гнусную сурдинку о "европейскости" и "европейских ценностях". Но страна уже была другой, и народ из бывших рабов уже вовсе не хотел видеть "господ"  - при всей их образованности и говорливости.