April 25th, 2013

Совдепия как наследие "великого Петра"

Собака на сене
Позор России
О русской революции
Пугачевское восстание
Проклятие Российской Империи
Петровское проклятие
Русская интеллигенция как часть петровского проклятия
Великий Петр в Англии
Культпросвет
Проклятая царская Россия



Очень интересное интервью недавно скончавшегося филолога-слависта В.М. Живова. С удивлением обнаружил, что его взгляды на многие вопросы русской истории близки к моим. В частности, на роль византийского наследия в русской культуре и русской истории. Я уже по этой проблеме как-то писал (см.  "Собака на сене") - главная проблема византизма в русской культуре состояла в том, что были заимстовованы только религиозные формы византийской культуры, а античность (которая в самой Византии цвела и процветала) мимо Руси прошла. Отсюда вытекают многие особенности русского православия и русской культуры - например, очень слабая культура мысли в России. Даже богословие на Руси было очень жалким - так как христианское богословие невозможно без античной философии. В Византии это было, позже появилось это и в Европе. А на Руси была только истинная вера, в своих догматах и обрядах, но что и откуда там взялось - этого русские понять не могли. Держались за истинную веру и обряды крепко, но, не имея представления о культурном контексте, в котором родилось христианство, русские оказались и в вере очень слабы.

Проблема не в православии и не в византизме. В конце концов, влияние Византии и византийской культуры на Европу было не меньшее, чем на Русь. Проблема в том, в какой форме это византийское наследие было передано Византией и принято на Руси. Переняв только внешние и завершенные формы православия, вне контекста античной культуры, Россия и сама могла теперь строить свою культуру только в религиозно-православных формах, лишившись при этом важнейших оснований для создания полноценной культуры. И это оказало огромное влияние на русскую историю.

Очень схожие с моими взгляды у Живова и на "петровские реформы":


XVIII век — едва ли не главный для понимания того, как мы живем. Тогда мы поменяли вектор развития. В XVIII веке Европа хлынула в Россию в таких масштабах, каких до этого не было, элита преобразовалась на европейский манер, произошло то, что я бы назвал расколом общества — общество раскололось на две части. Это имело многочисленные последствия для развития России. Язык, на котором мы сейчас думаем, система понятий сложилась именно в XVIII веке.


Живов говорит ровно о том же, о чем я пишу последнее время: Петр расколол Россию на две части, и эта проблема стала ключевой для всей последующей русской истории. Более того, эта проблема существует и сегодня, и именно об этом я и буду писать в ближайшее время: петровское проклятие никуда не делось, и Россия до сих пор находится под этим петровским проклятием. Мы до сих пор живем в мире понятий и представлений, возникших в результате этих "реформ", и Совдепия с Эрэфией являются продолжением "великого дела Петра".


Вот самый свежий пример: "русский националист", сын советских интеллигентов (который, правда, как и положено русскому интеллигенту, уже сменил вехи и просит себя называть консерватором, а не русским националистом), Просвирин пишет:


Не надо рассуждать про демократию в отсутствие среднего класса и массовой земельной собственности, надо принимать тяжесть Шапки Мономаха и, перекрестившись на всякий случай, начинать новые Петровские Реформы. Население за 100 лет такие бороды понарастило, что тут рубить не перерубить, на все царствование Алексея II хватит.


Вот это - типичнейший образец петровского наследия. Нужно бороды и головы рубить - во имя просвещения, прогресса и европейских ценностей. Причем "европейскость с просвещением" здесь являются важнейшим обоснованием для рубки голов и бород - то есть для гнобления народа. И это и есть основная парадигма политического мышления в России последних трехсот лет. У русских интеллигентов (особенно у западников и большевиков) она принимает более радикальные варианты, имеются и варианты помягче, но политическое сознание России до сих пор находится в логике реформ царя-полуидиота. Это важнейший элемент всей политической культуры России последних 300 лет.

И именно эту парадигму и нужно сломать. Это парадигма непрерывной национальной катастрофы, то самое проклятие Петра. Вообще, личность Петра - ключевая для понимания взглядов человека. Если некто любит Петра - то это западник, либерал, интеллигент, большевик, просто совок-государственник, но только не русский европеец. Это дикарь, созданный петровскими реформами, который хочет дорваться до топора, чтобы начать головы рубить. Русский европеец и русский националист не может любить Петра, как он не может любить Ленина или Сталина.

Вот о том, почему Россия до сих пор находится под петровским проклятием, и как это проклятие можно снять и преодолеть - об этом мы и поговорим.